Усядьтесь поудобнее и наслаждайтесь чтением.

Честь империи Новое!

14
БЕСЕДЫ В ОТКРЫТОМ МОРЕ

Тот самый командир русского капера, что почитался канувшим в пучину Балтики, как раз успел закончить починку судна и отчалил от северного берега Невы. Казалось бы, легче легкого дать о себе знать Басманову — переплыть на плоскодонке пограничную реку. На русском берегу есть государев человек Зализа, такой же опричник, и его дружина… Быстрее ветра домчится весточка до заинтересованных лиц.
Однако миссия Карстена Роде мыслилась изобретателям ее скрытной, потаенной, не требующей лишних глаз и ушей. Потому неистовый датчанин, равно как и его друг и компаньон — кастильский монах, не решились отправлять вести.
— Узнают русские на южном берегу, — сказал Роде, — узнают и свены на севере. Слишком дружны они ливонцам, чтобы рисковать. Наведет кто витальеров — беды не оберешься. Мой когг не готов к новой баталии.
— Верно рассудил ты, сын мой, — солидно кивнул головой монах. — Нам тишком следует прокрасться до Ивангорода. Там и Басманов, там и починка настоящая.
Рано поутру вспыхнула свенская крепостица, взятая штурмом выходцами из третьего тысячелетия и командой капера. Жирный дым поплыл над студеной водицей в сторону Руси.
Одновременно вышли в плавание флагман «Южный Гром», а также трофейная свенская лойма, на которой разместился народ из Чернокрылого Моргульского Легиона. Проскользнули мимо Березового острова два неясных силуэта, и канули в дымке.
Зализа, упрежденный людишками из племени Ижора, выслал конный разъезд. Дружинники взяли у местных лодчонку и перебрались через Неву. К тому времени пепелище уже остыло, ни следа свенов и Карстена Роде не нашли воины, да воротились ни с чем.
Спустя месяц, при посещении Новгорода, говорил Зализа с судовой ратью, что пришла отгонять свенов Шлиппенбаха от Ореховца.
Услышал тут он про таинственный корабль, вступивший еще раньше новогородцев в бой со свенами, идущими по Неве, подивился изрядно, но расспрашивать не кинулся, смекнув, что есть особый резон в той тайне.
Не стал Зализа отписывать на сей счет даже покровителю своему московскому — боярину Толбузину. До Басманова же полетел гонец, выпив стремянную и зашив в полу кафтана папир с тайнописью.
Дошли известия о делах на Неве до Басманова уже слишком поздно, когда ценность их истаяла, съежилась от неумолимого времени, несущегося в предвоенной России с бешеной скоростью…
Меж тем датчанин продвигался тайком к устью Наровы.
Корабли плыли в чернильной тиши ночного моря. На носу и корме когга Карстена Роде горели аглицкие фонари, выхватывая из мрака обе квадратные башенки, смазывающие плавные контуры капера и придавая ему сходство с плавучей крепостью. Второе судно шло с погашенными огнями, лишь у вахтенного, пригорюнившегося под мачтой, в руке болотной гнилушкой тлел факел.
Стояла не характерная для Балтики погода. Как будто невесть какие северные демоны враз пожрали холодные ветра, погрузи

1
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35