Усядьтесь поудобнее и наслаждайтесь чтением.

Седьмая невеста

— Головной ертаул ушел на запад от реки!
— Полк левой руки переправился и подходит к стене!
— Полк правой руки забрасывает вал фашинами!
— Большой полк подходит к воротам!
Один за другим докладывали стремянные, Басманов с Бутурлиным переглядывались, ругая черными подсердечными словами медленный ход плотов, везущих осадную артиллерию.
— Немец опомнился, как думаешь, боярин? — спросил опричник.
— Кабы он опомнился, — веско сказал Бутурлин, — мы бы тут с тобой, князь, не разговаривали.
— Что за дым над Ругодивом?
— А кто его разберет? Может, Фохт предместья зажег?
— Вот и первый плот.
Десятки людей облепили волокуши с пушками и тяжелыми пищалями, впряглись в лямки. Орудия поползли по истоптанному пляжу в сторону Нарвы. Басманов и Бутурлин, горяча коней, объехали пушечный наряд и устремились к крепости.
Рыцарь Фохт как раз пробился к воротам, увидев примерно то, что и ожидал. Если ближе к центру города жители старались сбежать от огня в сторону замка, то обыватели изпод стен улепетывали прямо в настежь распахнутые ворота.
— Почему московиты не врываются? — спросил один из молодых рыцарей сквозь смоченную водой тряпицу, прислоненную к лицу.
— Они думают, — подумал вслух Фохт, — что это ловушка.
— Идем на вылазку?
— Обязательно, — спокойно сказал комендант Нарвы. — В этом состоит наш долг.
Пропел одиноко рог, и в ворота вынеслась сверкающая латами кавалерия Ливонии.
— Стоять, куда вы? — только и успел крикнуть вдогонку боярской сотне Бутурлин.
Московиты и рыцари столкнулись рано, слишком рано для немцев, не успевших набрать гибельный разгон для таранного удара. Началась рубка на мечах и саблях.
— Давай к боярам, — сказал Басманов своему товарищу. — Как бы не опрокинули их рыцари. Тогда вся эта орава бронная врежется в стрелецкий полк, и начнется каша.
Бутурлин подкрутил на ерихонке хитрый винт, и у него перед глазами опустилась изящная стальная стрелка. Взявшись было за саблю, он вдруг мрачно улыбнулся и сказал:
— Э, нет, шалишь!
Сжав в кулаке рукоять тяжелого шестопера, он направил коня в конную свалку.
Возникший слева рыцарь замахнулся двуручной секирой, но коня бутурлинского тут же затерли вправо, и рыцарь потерял его из виду. Прямо напротив себя увидел воевода рыцаря в отливающих синевой доспехах, который какимто чудом удержал в этом хаосе копье. Этим самым копьем он орудовал довольно умело, снося с седла то одного русского всадника, то другого. Понимая, что его оружие короче рыцарского копья, Бутурлин заставил коня сделать несколько шагов вперед, просунулся подальше, свесившись с его шеи, и нанес страшный удар шестопером по морде рыцарской лошади.
— Дикарь! — крикнул немец, тут же погребенный под копытами скакунов.
Бутурлин покрутил головой, выискивая новую цель, нашел, но рыцаря уже ктот

1
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35