Усядьтесь поудобнее и наслаждайтесь чтением.

Черное Солнце

наке Ротн-Бэйра. Казалось, их раздражало само вещество
символа. Запах грязевого вонючки достаточно могуществен, чтобы разъярить
любого.
Тяжело дыша, с покрасневшими глазами, бараны сталкивались, пихались,
даже били в бешенстве друг друга лбами, только чтобы атаковать ненавистный
символ, нанесенный на боку летающего гнезда. При каждом их ударе ужасающий
гул эхом разносился по холмам.
И каждый удар сопровождался громким весельем толпы. Я ожидал, что в
любой момент кто-нибудь из баранов проломится сквозь стенку этого мрачного
жилища - но нет, эти стенки оказались крепче, чем я предполагал. Каждый
раз, когда баран ударял в него, гнездо, казалось, на мгновение немного
приподнималось в грязи и тут же опускалось в нее - это был единственный
эффект, который я мог наблюдать. Блея от бешенства, бараны
неистовствовали, нападая на оскорбительный рисунок - они являли собой
живое воплощение гнева Ротна-Бэйра. Снова и снова бросались они на тусклую
черную поверхность.
Старый Харт, вожак, сбил себе оба рога (они сами по себе священные
атрибуты, и я скорбел, оплакивая потерю). Несколько других баранов тоже
пострадали. Их глаза налились кровью от ярости, ноздри широко раздувались,
дыхание вырывалось горячими выхлопами пара, звуки блеяния и фырканья
наполняли воздух. Пар поднимался от тел, копыта шлепали по грязи, сминали
траву и грязь в сплошную жижу.
Некоторые бараны уже хромали и, пока мы наблюдали, одно из старых
животных поскользнулось и покатилось по грязи, столкнулось с двумя
другими, свалило их. Все трое оказались под ничего не разбиравшими
копытами других баранов. К сердитому фырканью прибавилось хрюканье боли,
шум падения и глухой гул, который раскатывался по склону каждый раз, когда
на стенку гнезда Пурпурного падали удары. Сила и выносливость животных
превосходила все мыслимое, они продолжали карабкаться друг на друга, бодая
оскорбительное заклинание.
При каждой новой атаке гнездо приподнималось от земли и грозило
соскользнуть вниз по склону, и каждый раз помедлив, оседало назад и
выдавливало себе из грязи колыбель. Несколько раз оно придавливало изгибом
стенки зазевавшихся животных.
Я чувствовал, как во мне вздымается волна возбуждения - в любой
момент гнездо Пурпурного должно было завалиться на бок.
И тут внезапно три барана одновременно ударили в гнездо. Оно,
казалось, подпрыгнуло в воздух. В тот момент, когда оно приподнялось из
своего углубления, в него ударил еще один баран, как бы продолжая это
движение. С громким влажным хлюпаньем гнездо вдруг заскользило вниз по
склону. Разъяренные бараны ринулись за ним, бодая всю дорогу, забивая
грязь копытами - через все тщательно террасированные ляг

1
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36