Усядьтесь поудобнее и наслаждайтесь чтением.

Дочь ледяного Исполина

грал дуэль?
Я понял, что его не переубедишь.
- Иди на корму, - сказал я. - Иди на корму и поспи немного.
Шуга пошарил у себя в рукаве, но нашел только отсыревший чесоточный
шар.
- Проклятие, - пробормотал он. - Они его испортили. Детишки твои
испортили мой шар! Я надеялся, что он высохнет, но...
Шуга пожал плечами и швырнул промокшую массу за борт.
- Я собираюсь спать, Лэнт, - буркнул он и поковылял прочь.
Я пробрался на самый нос лодки и выглянул. Вид отсюда не загораживали
ни балконы, ни снасти. Я летел над серебристо-голубым морем. Казалось, я
плыву в тишине. Спокойствие было подавляющим, оглушающим. Воздух был
свежим и в то же время теплым. Голубой Оуэлс уже разогревал воздух.
- Красиво, не правда ли?
Я оглянулся. Сзади ко мне подошел Пурпурный. Он положил руки на
перила и разглядывал голубой океан.
- Мне кажется, что все меняется, - сказал он, - изменяется свет
солнца, меняется и цвет воды.
Я кивнул.
Я еще не чувствовал себя расположенным к разговору. Кости все ныли от
ночного холода, солнце еще только начинало изгонять его.
- Лэнт, - попросил Пурпурный, - расскажи еще раз о своем путешествии.
Я пытаюсь подсчитать, как далеко вы ушли и сколько мне понадобится
времени, чтобы преодолеть это расстояние на летающей машине.
Я вздохнул. Мы говорили об этом уже много раз. Именно на основании
рассказа о нашем переселении Пурпурный подсчитал количество баллонов и
необходимых припасов.
- Мы шли сто пятьдесят дней, Пурпурный. Мы двигались по той цепочке
холмов, потому что море очень быстро поднималось.
Он кивнул.
- Хорошо, хорошо, - затем замолчал и углубился в свои мысли, точно
производил в голове подсчеты. Немного погодя он снова принес свою
измерительную шкуру и снова начал глядеть на солнце.
- Мы опять уклонились от нашего курса, - сказал он озабоченно. -
Лучше разбудить мальчиков.
Вскоре я почувствовал вибрацию от возобновивших свое вращение
велосипедов. Я пробрался на корму, чтобы разделить с Пурпурным завтрак -
мое первое принятие пищи на борту воздушного корабля. Шуга громко храпел
на своей койке. Пурпурный откусил от кислой дыни, а потом сказал:
- Иногда я удивляюсь, Лэнт, почему вы зовете меня Пурпурным?
- Как? Разве это не твое имя?
Он поднял голову.
- Что ты имеешь в виду? Я знаю, это слово означает мое имя на вашем
языке, но когда мое говорящее устройство оказалось уничтоженным, я
обнаружил, что это же слово обозначает на вашем языке яркий пурпурный
цвет.
- Но ты же сам давным-давно сказал мне, что это твое имя...
- Не говорил я такого. Это не так.
- Как же не так? Но... я подумал, что это

1
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36